Я живу в Лондоне, где цены обычно выше, чем в большинстве других городов мира. Но даже тут гости из Москвы постоянно удивляются дешевизне. Дороговизна ресторанов, компьютеров, одежды и прочего в Москве не вызывает особого удивления. Но и с продуктами та же история. Если базовые вещи в Москве все еще дешевле, то как только хочется чего-то помимо молока, хлеба и соли, то оказывается, что Лондон дешевле или не сильно дороже Москвы. Это при том, что средняя зарплата в Лондоне в 5 – 6 раз выше. Та же свиная шейка, если верить сайту mysupermarket.co.uk, стоит 265 рублей за килограмм. Сравнение в данном случае скорей всего не совсем справедливо по качеству, но видно, что в любом случае цены не сильно различаются.

Цены в Алматы также зачастую выше цен на аналогичные товары и услуги зарубежом. По стоимости жизни для иностранцев Алматы занимает 44 место в мире. При этом, аналогично сравнению в цитате, средняя зарплата зарубежом в разы превосходит оплату труда алматинцев.

Но выше не только уровень цен, но и темпы их роста. В то время как многие экономики переживают дефляцию, в Казахстане (и в России) цены продолжают расти. Инфляция замедляется, но цены по-прежнему растут (в большей степени это можно объяснить ослаблением курсов тенге и рубля по отношению к доллару США/евро). При этом, если цены на нефть продолжат свой рост можно предположить что инфляция только ускорится.

Пожалуй наиболее известным валютным спекулянтом является Джордж Сорос. В результате масштабной атаки на британский фунт в 1992 году, Сорос вынудил Банк Англии отказаться от поддержки искусственно дорогого фунта. Интересно то, что размер средств в распоряжении Сороса изначально составлял около 1 млрд. долл. США, но атака была проведена с помощью заемных средств в размере более 10 млрд. долл. США.

Принцип спекулятивных атак заключается в создании резкого дисбаланса спроса-предложения на местном валютном рынке. В такой ситуации центральный банк имеет два варианта действий – защита обменного курса и отказ от валютных интервенций (ведет к девальвации валюты). Защита обменного курса может быть очень дорогой, ведь центральному банку заведомо неизвестно о масштабах атаки.

Если центральный банк сможет защитить курс, то спекулянты понесут значительные потери, но центральный банк также потеряет существенный объем резервов, тем самым подвергая себя риску последующей спекулятивной атаки. Но если центральный банк откажется от поддержания курса, то спекулянты зарабатывают на резком ослаблении атакуемой валюты.

Одним из индикаторов доходности игры против валюты, является доходность по форвардным сделкам на продажу этой валюты. Беcпоставочные форварды (non-deliverable forwards, NDF) это производный инструмент, используемый для спекуляций или хеджирования рисков изменения обменного курса. Котировки NDF зависят от процентных ставок в национальной, иностранной валюте, но также отражают ожидание будущего обменного курса.

Если посмотреть на данные по предполагаемой доходности беспоставочных форвардов (NDF implied yield), то понятно, что в текущей экономической обстановке, спекуляции на валютном рынке Казахстана являются самым прибыльным занятием.

Как видно на графике, до недавней девальвации доходность игры против тенге превысила 60% (в годовом выражении). Что настораживает, так это временный эффект девальвации – доходность вновь поднялась до 60%.

Возможно (и это всего лишь возможность), что скачки торгов на КФБ на протяжении нескольких дней до девальвации были своего рода спекулятивными атаками, в результате которых НБРК пришлось отступить от поддержки уровня в 120 тенге за 1 долл. США. Учитывая сохранение высокой предполагаемой доходности по NDF, НБРК будет принимать меры по снижению вероятности и масштаба спекулятивных атак против тенге.

Так, глава НБРК уже заявлял о том, что при необходимости может быть ограничена тенговая ликвидность (глядя на продолжающийся рост Казпрайм, похоже это уже имеет место).

«Мы в любой момент, в течение нескольких дней, можем создать тенговый голод на рынке и укрепить его курс, чтобы предупредить действия спекулянтов, – говорит Григорий Марченко. – При этом никаких интервенций не потребуется».

Источник: ссылка.

У НБРК есть и другие варианты для ограничения спекулятивных операций, а с вхождением правительства (через ФНБ Самрук-Казына) в капитал двух крупных банков имеется возможность дополнительного контроля местного валютного рынка.

При этом понятно, что в рамках экономики дальнейшая девальвация не выгодна ни банковской системе (в целом), ни заемщикам, ни реальному сектору (повышение конкурентоспособности, о котором так часто упоминают, имеет лишь временный эффект, т.к. в среднесрочной перспективе конкурентоспособность можно улучшить только через повышение производительности основных факторов производства). Однако соблазн спекулятивных игр против тенге по-прежнему высок и отдельные игроки могут пойти на риск…